Солдаты живут - Страница 82


К оглавлению

82

– Выкопайте его, – приказала Госпожа. А когда никто не бросился за кирками и лопатами, она вдруг тускло засветилась, начала разбухать и даже отращивать клыки.

Вот тогда все и кинулись за лопатами. – Интересное было зрелище, – заметил я.

– Я над этим работала с того дня, как превратила в труху то дерево. Усилий и энергии отнимает немного, зато внешне, наверное, впечатляет.

– Даже очень.

* * *

Эксгумация Госпожу удовлетворила. В яме лежало тело. Оно имело сходство с Нарайяном Сингхом и даже покалеченную ногу. И еще оно неестественно хорошо сохранилось – если принять во внимание то место, где его закопали.

– Итак? – спросил я, когда она зашла настолько далеко, что даже выпотрошила покойника. Понятия не имею, что она ожидала обнаружить.

– Похоже, что это он. Учитывая, кому он служил и кто его любил, я была почти уверена, что тела мы там не найдем. А если и найдем, то не тело Нарайяна.

Если честно, она и не хотела обнаружить тело Нарайяна. Потому что не желала, чтобы Сингх столь легко избежал ее мести.

– В реальной жизни не хватает драматичности, – сказал я. – Прибереги ее, чтобы потом обрушить на Гоблина.

Она ответила мне зловещим взглядом.

– Точнее, на того, кто овладел Гоблином. – Настоящий Гоблин сейчас был бы моим старейшим оставшимся в живых другом.

Госпожа разрезала труп Нарайяна на кусочки. И в последующие несколько дней оставляла за собой до-, рожку из этих кусочков – для насекомых и стервятников. Но голову, сердце и кисти рук она положила в кувшин с уксусом.

Я не спросил, зачем или есть ли у нее какой-либо план. Бегство Нарайяна привело ее в настроение, слишком не подходящее для светской болтовни.

Несколько раз я подслушал, как она проклинает тот факт, что в мире больше не осталось великих некромантов.

Она еще вызовет Нарайяна из рая или ада и заставит его заплатить за похищение нашей дочери.

* * *

К нам пришла младшая из Ворошков – та, которую мы взяли в плен.

– Седвод только что умер, – сказала она на неплохом таглиосском. Все это время она смотрела на Тобо.

Я пошел проверить. Больной парень действительно скончался. А я так и не понял, из-за чего.

И решил, что в его смерти тоже, пожалуй, можно обвинить лже-Гоблина.

55. Низинные таглиосские территории. Вдоль Виллнуоша

Дрема удивила нас всех. Сперва она взвилась, узнав о нашем общении с Душеловом, но большого скандала не устроила.

– Я к такой ситуации не готова. Тобо, полагаю, ты предпринимаешь меры к тому, чтобы помешать Протектору наблюдать за нашими действиями?

– Она видит только то, что мы хотим ей показать. И это означает, что она видит не то, что мы делаем, а лишь то, что делают наши общие враги.

Бубу не удалось добиться многого. Несмотря на отчаянную попытку сбежать в ту ночь, когда ее охранники натолкнулись на пикеты Душелова, она так и осталась пленницей. И через день-другой ее доставят к Душелову.

Гоблин, перемещавшийся быстрее охранников девушки, быстро ее настигал и, по расчетам Тобо, находился лишь в тридцати милях позади нее. Я предположил, что он причинит Душелову гораздо больше хлопот, чем когда-либо причиняла Бубу.

Размышляя вслух, я сказал:

– Интересно, не так ли зарождаются мифы? Все посмотрели на меня так, словно им не очень-то хотелось знать, о чем я говорю. Я пояснил:

– Вот у нас есть группа людей, побывавшая в очень странных местах, куда большинство прочих не сможет попасть, даже если захочет. И еще у нас есть близкие родственники, которые ссорятся и даже пытаются убить друг друга.

– Как трогательно, – заметил Мурген.

– А мне нравится, – отозвался Тобо. – И через тысячу лет меня будут помнить как бога бурь. Или еще кого-нибудь.

– Кого-нибудь? – спросил его отец. – Тогда как насчет мелкого божка, который крошит валуны в щебенку?

Не так давно Тобо застукали, когда он взрывал валуны. Делал он это чисто ради удовольствия видеть это зрелище и слышать свист рикошетящих камешков. Тобо тогда смутился. Но надо же человеку хоть иногда развлекаться. Сейчас в Отряде развлечений куда меньше, чем в дни моей молодости.

Я фыркнул:

– Мы проходили по сорок миль в день. И все время в гору. По снегу. Когда не вязли в болотах.

– Что?

– Это я так, понемногу тренируюсь в стариковском брюзжании, пока еще не окончательно одряхлел. А как ты заставляешь камни взрываться?

– О, это нетрудно. Надо лишь почувствовать камень изнутри. Отыскать в нем воду. И сильно ее нагреть. И тогда как бабахнет!

Отыскать воду. В камне. И тогда бабахнет. Правильно. Я должен был спросить. Я сменил тему:

– Как там успехи у Ворошков? – Несмотря на занятость, Тобо выкраивал время и на общение с пленниками.

Просто поразительно, сколько парень успевает сделать за день.

Припоминаю, что и у меня когда-то была подобная жизнь. В те времена, когда мы топали в гору. Мокрыми и окоченевшими ногами.

– Дядюшка Дой научил их таглиосскому, и теперь они говорят на нем так, словно родились в дельте в тени храма Чангеша.

– Превосходно. – Разумеется, он шутил.

– Они схватывают язык. С Шукрат и Магаданом уже можно разговаривать. У Арканы проблемы, но она догоняет. Никто из них не скорбит по Седводу. А его брат Громовол упрямится. Его раздражает, что он перестал быть единственным каналом общения с остальными. Ему нравится быть главным. Или что-то вроде того. Но даже он делает успехи.

– Значит, Громовол стал у нас шилом в заднице? Кстати, кто из них кто? Я до сих пор не слышал их имен.

– Это потому, что они прежде не раскрывали их, надеясь, что семья выручит их после их собственной дурацкой ошибки. Они еще даже больше гуннитов верят в то, что их имена могут быть использованы против них. Потому что они связаны с их душами.

82